Осколки нашей осени

Виктория стояла на пороге своей квартиры, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Алексея. Холодный воздух сентября тут же проник в распахнутую дверь, словно напоминая, что лето давно прошло, и вместе с ним, возможно, последний шанс на объяснение. Сердце колотилось в груди, не столько от обиды, сколько от нахлынувшей растерянности. Он пришел. После пяти лет молчания, после всего, что случилось, он просто появился, и тут же был вытеснен этой… Анной.

Она закрыла дверь, провела ладонью по гладкой поверхности дерева, пытаясь унять дрожь. В квартире пахло пылью и старым деревом – её любимый запах, запах её работы, её убежище. Но сейчас даже он не приносил утешения. Взгляд упал на маленький столик в прихожей, где лежала *та самая* шкатулка. Лакированное дерево, инкрустация, а на крышке – элегантные, переплетенные буквы «А. К.». Анна. Её инициалы. Кто она такая? И почему у неё шкатулка, которая выглядит так… лично? Виктория никогда не видела такой у Алексея, а значит, это, скорее всего, подарок или вещь, связанная с ней самой.

Мысль о том, что Алексей мог подарить такую личную вещь другой женщине, обожгла. Или, может, она принадлежала Анне раньше, до него? И как она сюда попала? Была ли она с Анной, когда та стояла на пороге? Или Анна оставила её намеренно?

Виктория взяла шкатулку в руки. Она была тяжелее, чем казалось, и прохладной на ощупь. Защелка легко поддалась. Внутри, на бархатной подкладке, лежало старое, пожелтевшее от времени письмо. Адресованное не ей. Сердце сжалось. Она не должна была этого делать, но пальцы сами собой развернули хрупкий лист бумаги. Почерк был знакомым, но в то же время совершенно чужим – это был почерк Алексея, но написанный много лет назад.

«Милая Анна, – начиналось письмо. – Мне жаль, что так получилось. Я не хотел причинять тебе боль, но…»

Виктория замерла. Анна? Письмо от Алексея к Анне? Он всегда говорил, что их разрыв с ней был чистой формальностью, что они расстались друзьями, и он никогда не любил её по-настоящему. А теперь это…

Телефонный звонок прервал её мысли. Незнакомый номер. Виктория колебалась, но все же ответила.

«Виктория? – раздался в трубке тихий, незнакомый женский голос. – Это Марина. Я соседка Алексея. Он просил передать вам… что он оставил кое-что у меня. Он сказал, что это очень важно для вас обоих. Приезжайте, пожалуйста. Срочно».

Виктория оглядела шкатулку в своих руках, потом письмо. Марина? Соседка Алексея? Что он мог оставить у неё? И почему не сказал Виктории напрямую?

«Я… я скоро буду», – пробормотала Виктория, чувствуя, как паутина лжи и недосказанности сгущается вокруг неё. Она вышла на балкон, вдыхая прохладный ночной воздух. Где-то там, внизу, шумело Садовое кольцо. Мир продолжал жить своей жизнью, совершенно не подозревая о той буре, что разразилась в маленькой квартирке на Чистых прудах. Она должна была решить: верить ли словам незнакомой женщины и ехать по зову Алексея, или остаться здесь, пытаясь разобраться в обрывках чужой истории, которая, похоже, напрямую касалась её собственной.